Метки
Париж, башни, граффити, дома, кафе, люди, магазины, мосты, музеи, памятники, парки, площади, реки, скульптура, смотровые, фонтаны, храмы
День 7-й, часть 2.
Идем кататься на речном трамвае
На набережной, прямо возле реки – и никаких тебе заграждений – я утягиваю кусочек модной фотосессии. Вот он, парижский стиль.
Потом я зачарованно смотрю, как в отдельно взятой машине добывают кислород.
Пешеходная прогулка временно прерывается здесь, где Новый мост пересекает остров Сите и гарцует в облаках Генрих IV, а вернее, его конь. Тут есть спуск на стрелку, отсюда мы и хотим отправиться на прогулку на ботомуш – дословно, на лодке-мухе, а на самом деле, на речном трамвае или водном такси или… как угодно.
На стрелке разбит небольшой симпатичный парк с низеньким заборчиком. Такие ограждения устанавливают для защиты парков от бездомных собак, а вовсе не от людей – так что в парках шансы вступить куда-нибудь не туда резко снижаются. По обеим сторонам от входа стоят особенные парижские урны для мусора, которые сильно ударили по эстетическому восприятию моей сестры (привет) – это просто кольца с прозрачными пакетами. Знающие люди говорят, это для того, чтобы видеть взрывные устройства, если что.
Плавание начинается напротив давно закрытого магазина “Самаритянка” у Нового моста (Понт Нёф). В 1600 году, когда строили этот мост, он стал самым новым в городе – отсюда и название. А на сегодняшний момент – это старейший мост Парижа. Когда закончилось его возведение, Генрих Наваррский запретил на нем строить – не только дома, но даже лавки менял. Людовик XVI позже приказал разобрать постройки вообще на всех мостах, а они насчитывали иногда по 5-6 этажей.
Колесные пароходы, которые тут были раньше, похоже, пропали. Мы не видим ни одного. Берем билеты (€12) на то, что есть, и усаживаемся у левого борта. На нашем “корабле” установлены откидные зеленые кресла и состряпан какой-то каркас, весь в жутких цветочках, разделяющий судно вдоль по центру. Чтобы сделать приличную фотографию, придется или преодолевать это препятствие, или ждать, когда поплывем обратно. По палубе бродит развеселый фотограф и предлагает заснять сухопутных крыс во время заплыва. Мы отказываемся.
Гид здоровается и говорит, что будет вещать на французском и английском, а экскурсия займет около часа. C нами Лика, она будет вещать на русском и иногда ругаться, что гид много чего утаивает. Ну и ладно, все равно на таких прогулках многое за гранью слов. Ну вот, формальности улажены, мы медленно плывем. Ранние подъемы сказываются и я нечаянно проваливаюсь в сон. Под одним из мостов проплывают нам навстречу такие же, как мы и что-то громко орут. Ощущения незабываемые – под мостом еще и эхо, бодрит, размеренная прогулка становится не такой сонной.
Изредка с ревом проносятся моторки, оставляя на воде белый шлейф.
Выплываем к железяке, по которой туда-сюда ездят желтый и красный лифты. Лика рассказывает, что студентов Сорбонны заставляли забираться пешком на башню – вместо кросса. При этом выдавали запасную майку.
- А как же те, кто боится высоты?
- А им еще и запасные штаны!
Впрочем, говорят, что там так высоко, что уже не страшно.
Мы снова продвигаемся к Новому мосту, сделав крюк. С моста нам корчат смешные гримасы видные деятели – приближенные Генриха IV. Говорят, что ни одной одинаковой морды среди них нет.
Сходим на берег (попутно я выясняю, что я не одна такая толстокожая к красотам – Алекса тоже слегка убаюкало), проходим мимо тусующихся у берега уток. Убеждаемся еще раз, что не зря отказались от услуг фотографа – совсем незнакомых людей он принял за семейную пару, теперь они стоят вместе и удивляются.
На площади Дофина
На площади Дофина нас встречают гостеприимные двери множества кафе.
Выбираем бар Сaveau (Подвал), он же ресторан Le Caveau du Palais (Дворцовый подвал). Внутри картина с видом на Новый мост и “Салемские ведьмы” – старая афиша с Ивом Монтаном.
Я продолжаю маньячить по-венски.
Уверена на 95%, что две дамы на скамеечке говорят о своих делах, а не о том, “какая молодежь пошла бесстыжая, разлеглись прямо как дома”.
В Аллы
Мы идем в “чрево Парижа” – Лез Аль, или, если притянуть к русскому произношению, Аллы.
На площади Шатле блестит золотом фигура на колонне Пальмового фонтана.
Дальше у нас волны и изгибы декора на башне Сен-Жак. Ажурная колокольня осталась от церкви Святого Якова, которую уничтожили во времена реконструкции, чтобы проложить Риволи и тем самым облегчить движение в городе.
Рядом в сквере растет айва. Вот так, посреди Парижа, в немереных количествах.
Выходим к Центру Жоржа Помпиду. Здесь располагается Музей современного искусства. Все коммуникации здания выведены наружу. Это дает простор для фантазии – можно сверху чего-нибудь понавешать. Здесь вообще регулярно проходят различные выставки – сейчас идет очередная, деревянная инсталляция, и эти доски что-то символизируют.
Центр не просто выставочный, но еще и социальный, сюда приходят и просто погулять, и посмотреть на выступления уличных артистов – танцоров, мимов и прочих, и прочих… Какой-то малыш развлекается – разбивает радужные творения укротителя мыльных пузырей.
Двое танцоров долго идут друг к другу под музыку, после чего следует феерическая развязка – парень хватает девушку, раскручивает как волчок и затем она вполне логично падает к нему на руки…
На площади рядом с центром есть чудной, но вместе с тем трогательный фонтан, фигуры в котором созданы по мотивам произведений Стравинского.
За фонтаном церковь Сен Мерри, которая упоминается в “Парфюмере” у Зюскинда – именно в монастырь Сен Мерри на улице Сен Мартен был отправлен младенец Гренуй, будущий безумный гений ароматов.
Читаем – центр Помпиду открыт каждый день с 12 до 22 (кроме вторников и 1 мая). Сейчас открыто, этим надо воспользоваться.
Эскалатор везет нас по душному прозрачному туннелю за наградой – видом сверху на город и площадь.
C’est magnifique…
Внизу, как разноцветные муравьи, толчется публика, перед которой выступает мим.
Мелкая неприятность заключается в том, что вид закрыт стеклянным колпаком. Окна кое-где открыты, но именно кое-где. А сами стекла грязные. Зато на самом верху есть кафе, откуда открывается хороший вид без всяких стекол. Но оказывается, чтобы фотографировать, надо что-нибудь купить. Само по себе это нормально, но в сочетании с нарочито немытыми стеклами на пути сюда, выглядит как форменное свинство. По такому случаю я делаю снимок огромного позолоченного горшка и мы гордо уходим обратно на первый этаж.
Здесь мы забираемся в магазин дизайнерских штучек. Я узнаю ту особую вещь, которую когда-то присматривала – аквамир. Это запечатанный стеклянный шар, в котором создана отдельная экосистема для плавающих там креветок. Единственное, что нужно для ее нормальной работы – правильное освещение. Мы-то выбрались из аквариума, а вот эти бедняги не могут. Хотя, насчет нас тоже вопрос философский… Но мы ни в коем случае не жалуемся и с радостью продолжаем экскурсии по нашим любимым казематам…
В XII в. тут жужжал оптовый рынок, построенный по проекту Виктора Бальтара. А сейчас на месте рынка находится торгово-развлекательный комплекс – Le Forum des Halles.
Выходим на площадь к церкви Сент-Эсташ, где царит голова, а вернее “Ухо Парижа”, оно же “Слух”, оно же “Слухач” и оно же “Слушающий”. И это в чреве Парижа, анатомия прям какая-то. “Глюковина!” – гордо говорит Лика.
Продолжение следует…
